Главная > Опасная книга > К. Кеворкян. Опасная книга. VI. Понятие Родины

К. Кеворкян. Опасная книга. VI. Понятие Родины

История, как-то заметил Поль Валери, представляет собой самый опасный продукт, изготовленный химией человеческого мозга, она заставляет народы мечтать или страдать, делает их больными манией величия, тщеславными, невыносимыми, порождает у них чувство горечи.

Но происходят эти процессы не сами по себе, их активирует элита. Исходя из интересов сегодняшнего дня, власть имущие в прошлом ищут и всегда находят аргументы, подтверждающие предлагаемую массам точку зрения. На этом приеме чаще всего основывается сталкивание народов в межнациональных конфликтах. А. Тойнби подчеркивал: «Воспоминания о счастье, оставшемся в прошлом, переходят в мечту о его возвращении. А народ, охваченный подобной мечтой, с воодушевлением пойдет за пророком, который пообещает воплотить мечту в явь». (470)

Сила Гитлера заключалась в том, что он искренне разделял со столь многими германцами привязанность к национальным образам, новым и старым — тенистые леса, приютившие русоголовых титанов, жизнерадостные села под сенью древних замков, летящие Валькирии и прочие видения народного сознания, которые уже столетие насаждались националистической пропагандой. Вероятно, можно утверждать, что культурные ценности Гитлера были источником его обаяния.

Основной чертой довоенного германского режима принцев, генералов, землевладельцев, профессоров права, которые придавали ему академическую законность, и лютеранских пасторов, которые создавали ему моральный авторитет, был антилиберализм. Эта управляющая каста ненавидела Запад как за его либеральные идеи, так и за его грубый материализм и бездуховность, которые (по их мнению) воплощали эти идеи. Они желали сохранить Германию в “чистоте” от либерального влияния, и это был один из мотивов возобновления средневековых планов нашествия и заселения Востока целью создания континентальной Германской империи, которая бы позволила Германии стать независимой от англосаксонской мировой системы. “Восточники” проводили фундаментальный водораздел между “цивилизацией”, которую они считали космополитической, аморальной, антигерманской, материалистической и paсово нечистой, и “культурой”, которая но своей сути чистая, национальная, духовная и истинно германская.

После войны данный вопрос с новой силой был поставлен историком культуры Артуром Мёллером ван дер Бруком в его изданной в 1923 году книге «Третий рейх», о которой мы уже вспоминали. Германцы, утверждал он, были ведущими создателями Европы. Их первый Рейх — средневековая империя, сформировала Европу. Именно Германские племена создали объединившую основное пространство Европы империю Карла Великого, на фундаменте которой позже сложилась Священная Римская империя германской нации, и начали геополитический натиск на восток.

Вторым их творением империя Бисмарка, однако она испытала влияние либерализма и не выдержала испытания серьезной войной. Теперь германцы имели другую возможность: посредством очищения общества от либерализма и капитализма, они могли построить третье, окончательное государство, которое воплотило бы в себе все германские ценности и существовало бы тысячу лет.

Еще в а августе 1841 года на маленьком острове Гельголанд Хоффман фон Фаллерслебен сочинил строчки, которые легли в основу немецкого национального гимна: «От Маасса до Мемеля, / От Ача и до Белта / Германия превыше всего». Маас находится в Голландии, а Мемель в Литве, Ач в итальянском Южном Тироле. И только Белт в настоящее время является германской территорией и расположен в земле Шлезвиг-Гольштейн. Готовность к восприятию себя как части громадного немецкоязычного мира, создала психологическую основу, благодаря которой национал-социалистическое руководство могло требовать от нации жертвенности и активного содействия власти в достижении национального единения. На вопрос «Что есть первая заповедь национал-социалиста?» правоверному нацисту полагалось отвечать: «Люби Германию превыше всего и своего единоплеменника как самого себя!».

И, конечно же, истерический «патриотизм» неотделим от нарочитой «духовности». Геббельс торжественно уверял на могиле Хорста Веселя, будто сей герой умирал «за Гёте, за Шиллера, за Канта, за Баха, за Кёльнский собор…» И заявлял далее, что «мы вынуждены драться за Гёте пивными кружками и ножками стульев, но когда придет час победы, мы снова раскроем объятия и прижмем к сердцу духовные ценности». Он же в другом своем выступлении рисует просто-таки идиллическую жизнь немецкого народа: «Мы были безобидным народом, который занимался своими делами, давая миру наших поэтов, музыкантов и философов, и не понимали, что существуют другие нации, которые только и ждут подходящего случая, чтобы нас раздавить». Боже мой, я только вчера слышал подобную сентенцию по украинскому телевидению! Хорошее мнение людей о себе и соответственно поддержание ими своего реноме служит надежным средством для скрытого управления ими.

Немецкая пропаганда старалась подчеркнуть, что этот стомиллионный народ нес культуру другим странам и способствовал их процветанию, однако немецкое меньшинство в этих странах подвергается преследованию. Порой данный тезис перерастал в открытую брань. Во время чехословацкого политического кризиса Геринг прилюдно возмущался: «Мелкий сегмент Европы будоражит человечество… Эта ничтожная раса пигмеев (чехи – авт.) без какой бы то ни было культуры – никто не знает откуда они взялись – угнетает культурный народ. (И действительно, а откуда они взялись? – авт.)

Молодые государства, родившиеся в результате Версальского мира искали пути национальной самоидентификации, подвергая национальные меньшинства, в частности немецкое, ополячиванию, очехиванию и т.п. Естественно, этнические немцы в этих странах сопротивлялись ассимиляции, стараясь максимально сохранить свои этнические корни. Немецкий культуролог Ранхард Виттрам из Риги писал в 1936 году: «Говорить на родном языке все чище, искать подлинное и природное в немецкое во внешнем и внутренним убранстве жилища, в нравах и обычаях и любом искусстве, становится неодолимой потребностью».

Национал-социалистический Третий рейх по мере обретения им сил притягивал себе немцев, разбросанных по всему миру. Немецкая пресса охотно подыгрывала этим настроениям. Регулярно публикуя положительные отклики своих соотечественников на строительство национал-социалистического государства, нацистские СМИ охотно доносили до германского читателя и слушателя восторженные статьи и стихи, сочиненные их соотечественниками за рубежом: «Когда мы, немцы, распеваем свои песни под широким небосводом,/ Наш призыв звучит и под звездным небом чужих земель./ Слава тебе Гитлер — спаситель Германии, немецкая путеводная звезда,/ Веди нас сквозь бури, пока снова не возродится наша Империя!» (22)

Интересы Германии простирались всюду, где жили этнические немцы. В ноябре 1933 года французская газета «Пти паризьен» опубликовала документы, тайно вывезенные из Германии коммунистами. Среди опубликованных материалов имелся план развертывания усиленной немецкой пропаганды странах Американского континента. Намечалось открытие якобы нейтрального телеграфного агентства для распространения пронемецких новостей, антифашистски настроенным журналистам должны были подсовывать лживые сообщения. Немецкие агенты, имея в своем распоряжении ряд подготовленных статей, должны были добиваться их публикации в газетах всей Южной Америки. И только словами дело не ограничивалось.

В апреле 1938 Гитлер обратился ко всем немцам, проживавшим вне пределов Германии, с призывом принять участие в голосовании во время выборов в рейхстаг. Для этого немецкие корабли были посланы к берегам многих южноамериканских республик. Корабли становились на якорь за пределами трехмильной полосы территориальных вод, принимали на борт этнических немцев, которые участвовали, таким образом, в голосовании на борту корабля. Более того, пропагандистские акции Третьего рейха распространились даже на необитаемые континенты.

Первые нацистские экспедиции в Антарктиду начались с 1938 года, когда к берегам Ледяного континента подошло судно «Швабенланд». На нем плыли на Южный полюс ученые, которым под руководством капитана Альфреда Ритшера предстояло исследовать новый материк. Вернувшись на родину 12 апреля 1939, Ритшер доложил: «Я выполнил миссию, возложенную на меня маршалом Герингом. Впервые Германские самолеты пролетели над Антарктическим континентом. Каждые 25 километров наши самолеты сбрасывали вымпелы. Мы покрыли зону приблизительно в 600 тысяч квадратных километров.» (157).

Впрочем, бывало, гордость за родину принимала менее поэтичные формы торговли продуктовыми товарами: так набор деликатесов „Пруссия“ в магазинах «Кемпински» стоил 50 марок, а набор деликатесов „ Фатерлянд“ — 75. Любовь к Отечеству особо ярых патриотов всегда имеет свою цену.

В 1941 году Гитлер изрек: «Тот, кто не интересуется историей, тот подобен человеку, не имеющему ушей или глаз». Интуитивно люди чувствуют, что их связь с историей – огромная и жизненно важная ценность, хотя редко могут это обосновать логически. И здесь начинается поле для иррациональных построений, например, что живые имеют несравненно больше обязательств по отношению к своим умершим предкам и будущим поколениям, чем по отношению к «расово чуждым» друзьям и соседям. Вот, может, один из самых важных секретов нацистской пропаганды. Апелляция к народным ценностям оказалась куда более эффективной, чем прямая идеологическая обработка в нацистском духе.

Возращение к национальным традициям имело и еще один любопытный аспект. Издавна Германия славилась своими народными целителями, ратовавшими за жизнь на природе, естественные продукты и полный отход от городских привычек, что было созвучно положениям нацистского мировоззрения, в свете которого история предопределялась течением естественных биологических и расовых законов. Даже немецкий антисемитизм в значительной степени был проявлением движения “назад в деревню”, прочь от городского космополитизма. Так что поосторожней со всей этой гомеопатией и минеральными водами, а то мало ли что.

Опираясь на стереотипную идеализацию жизни вне городов, нацистский режим провозгласил амбициозную аграрную программу, суть которой сводилась к тому, что крестьянство – это соль земли и главная опора Третьего Рейха. Руководить ее осуществлением Гитлер поставил Вальтера Дарре (известного в ту пору автора книги «Крестьянство как источник жизни нордической расы»). Кроме того, вся молодежь Третьего рейха получала широкий пласт историко-культурных и этнографических знаний, связанных с сельской обрядовостью, приметами и поверьями, образом жизни предков. Существовали также специальные фольк-школы, которые во время обучения акцентировали внимание учащихся на жизнь среди природы. Для проведения народных празднеств в горах Гарц и в других подходящих местах под открытым небом были сооружены многочисленные “Горные театры”, оформленные как естественные, обустроенные самой природой сценические подмостки.

При непосредственном участии СС возрождались языческие обряды и верования, связанные, например, с плодородием земли. Кроме того, Гиммлер финансировал исторические изыскания, вроде поиска останков древнего саксонского короля Генриха 1 (Птицелова), закончившиеся их пышным перезахоронением: «Участники церемонии спустились в склеп, где перед открытым гробом стояли в карауле офицеры СС, и остановились на почтительном расстоянии. Один только Гиммлер проследовал к гробу царственного защитника своей расы. Командир СС, который контролировал раскопки, доложил: «Я представляю вам лежащие в этом гробу останки Генриха Птицелова». Генрих Гиммлер обследовал кости и объявил их подлинными. Затем гроб закрыли, запечатали и торжественно похоронили в склепе».

Фанатичная любовь рейхсфюрера к историческим и национальным раритетам порою приводила к казусам. Так, он послал в дар своему итальянскому коллеге Артуро Боккини в подарок на день рождения кусочек коры дуба, посвященного богу Вотану, а поздравительном письме пространно описал историческое, духовное и божественное значение сморщенного деревянного фрагмента. Привыкший к роскошествам итальянец был шокирован.
Сам же Генрих Гиммлер рассматривал себя как реинкарнацию средневекового немецкого императора Генриха Льва: «Гиммлер знает о его жизни чуть ли не больше, чем кто-либо другой, и считает предпринятую Генрихом колонизацию востока как одно из величайших достижений в германской истории».

И может быть, вся эта проникновенная любовь к древней истории, народным традициям, сельской культуре и могла бы вызывать патриотическое умиление, если бы не предупреждение А.Тойнби о том, что «обращение к архаизму неизменно приводит к применению силы». Идея Гиммлера была не банальная и весьма продуктивная — разжечь в молодежи архаичные взгляды на смерть, предложив, как способ ее преодоления, самим стать служителями смерти. Так удалось создать особый, небывалый тип нечеловечески храброй армии – СС.

Так что же послужило толчком процесса, в результате которого, в общем-то, невинные исторические ролевые игры обратились в неслыханный в новое время геноцид?

Источник

VN:F [1.9.22_1171]
Рейтинг: 0.0/10 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Рейтинг: -1 (from 1 vote)
  1. Пока что нет комментариев.
  1. Пока что нет уведомлений.


:D :-) :( :o :mrgreen: 8O :? 8) :lol: :x :P :oops: :cry: :evil: :twisted: :roll: :wink: :!: :?: :idea: :arrow: :|